Конспект (с комментариями) отдельных глав книги
Виктора Бойко «Йога. Искусство коммуникации».
Комментарии зелёным цветом, при печтати - курсивом. Знаки пропусков текста [...] используются не всегда.

Глава Аспекты коммуникации

Что такое человек? Это небольшое по размерам всеядное млекопитающее, по необъяснимому капризу природы получившее в свое распоряжение такое «устройство», как новая кора мозга, а с ней и способность к рефлексии, которая есть не что иное, как самоосознанность.

Что такое жизнь человека? Это усилие во времени, постоянно воспроизводимое для того, чтобы оставаться живым.

Каким образом человек живет? Он взаимодействует с окружающим миром, контактируя с ним разными способами, как считали древнеиндийские философы - мыслью, речью, телом.

Для обозначения различных видов информационного обмена и, следовательно, взаимовлияния, в современном языке чаще всего применяют термин коммуникация.[...]

Способность к эффективному обмену информацией является отличительным свойством человека и одним из главных условий его бытия как существа социального. Недаром еще древние греки определяли варвара как человека без языка, то есть без достаточной способности к словесному контакту. Можно отметить, что когда речь заходит о коммуникации с собственным бессознательным подавляющее большинство человечества в казалось бы цивилизованных странах оказываются именно варварами, не располагающими адекватными средствами внутрипсихической связи, которые способна предоставить только традиционная йога.[...]

Предполагается, что посредством произносимого текста люди хотят понять друг друга, то есть передать подлинную суть своих мыслей и намерений другому. Но распространена и такая точка зрения, что язык дан человеку для их сокрытия.[...]

Другими словами вербальная коммуникация сразу же породила проблему достоверности сообщаемой информации. Поскольку и правдивое, и ложное сообщение построено из одних и тех же слов, ясно, что истина не содержится в самих словах. Должно быть что-то такое в самом, воспринимающем чужие слова, человеке, что способно «вылущить» ее из «тысяч тонн словесной руды», например опыт или знание законов, которые позволяют обнаружить различие между истиной и ее подделкой, кажущейся видимостью, заблуждением.

Универсальная проблема достоверности возникает при любых разновидностях коммуникации. Чтобы избежать фатальных ошибок, человек, осуществляя коммуникацию, должен в итоге больше понимать, чем не понимать то, что ему сообщают, - вне зависимости от формы и языка сообщения, - это является задачей, которую каждому живущему с большим или меньшим успехом приходится непрерывно решать на протяжении всей жизни. От эффективности различных видов коммуникации (общения) осуществляемой субъектом, и принимаемых на ее основе решений, а также от случая, зависит то, что называют судьбой.

Индийская йога представляет весьма специфический вид общения человека со своим бессознательным, строящийся на совершенно незнакомом для личности западного склада подходе.[...]

Йога - это в некотором роде оптический инструмент, с помощью которого личность способна заглянуть в самоё себя почти до самого «дна» тела и души, чтобы понять собственную природу. Обычно все тексты, вплоть до древнейших, подчеркивают тот момент, что йога прежде всего - практика. Если мы хотим что-то получить для себя с ее помощью, то должны делать это. Любая информация теоретического свойства по любому предмету, в том числе и по йоге, есть лишь предварительное знание, калька, схема, которой мы вынуждены руководствоваться, пока не накопится достаточный для вполне эффективного действия собственный опыт. И когда знание, согласно которому организуется активность, постепенно уточняясь, приобретает качество истины, мы, узнавая эту истину, приходим, к тому же самому, что уже узнавали до нас другие. В случае йоги речь идет именно о воспроизведении измененных состояний сознания, идентичность спектра которых для всех и каждого обусловлена стандартностью психосоматической «конструкции» человека. Древние тексты йоги могут стать понятными только в результате их прикладного применения - систематической практики.[...]

Но появляется неизбежная проблема: сама практика и получение результатов, которое говорит об истинности либо ложности изначальных позиций, требует расхода времени, сил и средств. И когда порой приходит понимание того, что как раз вот это делать вот так было и не нужно, какой-то очередной «гуру» уже успел на тебе заработать, а питающий его благополучие поток ложно информированных о предмете йоги людей не иссякает, - мошенники кормятся от статистики. Хотя, конечно, в этом мире более чем достаточно тех, кто искренне ищет и заблуждается.

Не согласный я. Истинность «трансляции» йоги В.Бойко я ощущаю непосредственно, необъяснимо, вне зависимости от критики других пониманий йоги. И так же непосредственно и необъяснимо я знаю, что не бывает людей, которые искренне ищут и заблуждаются. На уровне логики могу принять следующий аргумент:

Ясно, что истинная информация отличается от ложной именно тем, что показывает то, чего не может быть, в то время как последняя дает необоснованные надежды или прямо утверждает, что возможно все. Полезная информация открывает сознанию законы - ограничения, заложенные в самой природе вещей, и тем самым уберегает людей от тупиковых действий и пустой растраты себя.

…но когда человеку очень хочется поверить, что «возможно всё», логика (на какое-то время) выключается, и остапов (и того, кто внушает, и другого) несёт.

Надежнее применять способы самотрансформации, проверенные временем, тем более что за последние тысячи лет тело не претерпело каких-либо изменений в своем устройстве и способы коммуникации человека с самим собой, которые были в его распоряжении, остались теми же самыми.

А вот это уже внушение! Мы пока не знаем, что именно вариант йоги В.Бойко проверен временем. Вернее, знаем только с его слов. Которые принимаем на веру. Или не принимаем.

***

Примем как рабочую гипотезу предположение, что бодрствующее сознание - функция мозга в одном из возможных режимов его работы. Весьма ограниченная (с точки зрения информационной емкости) часть психики, называемая бодрствующим сознанием, обеспечивает связное и упорядоченное поведение индивида в социуме и «заведует» специфически человеческим способом общения - языком. Бодрствующее сознание обладает способностью к самоосознанности, рефлексии, что одновременно является осознанием отличия себя от всего иного, что не есть «Я», и за этим фактом стоит «новая кора» мозга, так называемый неокортекс.

В итоге можно констатировать, что психика человека оказалась расколотой на сознание и бессознательное, и этот раскол продолжает усиливаться по мере того, как «вторая природа» становится все более сложно организованной… Архаическая часть бессознательной психики, «заведующая» рефлексами, инстинктами, врожденными реакциями и т.д. полностью теряет контакт с Эго - «Я»-сознанием, втянутым в пространство сугубо человеческой деятельности.

В генетике хорошо известен факт, что жизнеспособность вида зависит от того, насколько постоянство наследственных задатков находится в равновесии с их изменчивостью. В данном контексте это значит, что необходимая стабильность сознания должна систематически уравновешиваться на какое-то время допустимым, не повреждающим и конструктивным ее «снятием». Представляется все более очевидным тот факт, что наркотики и алкоголь выполняют именно эту функцию, которая ранее обеспечивалась, например, мистериями и религиозными обрядами, а бесконечные модификации отклоняющегося и пограничного поведения возникают под воздействием архаической части психики, которая пытается устранить предписанные цивилизацией культурные ограничения.

Чтобы жить, человек (как и другие виды) должен выполнять некоторые правила. Большинство из этих правил он должен выучить наизусть, чтобы уметь применять их быстро и успешно, не думая. Но окружающая среда правила постоянно меняет. Возникает противоречие, которое «живая» психика обходит за счет определенного ресурса иррациональности (не всегда наилучший образ действий – «по правилам»).

Понятно, что жесткость «Я»- сознания должна в какой-то мере «гаситься» за счет бессознательной части психики, функция которой (в числе прочих) и состоит в обеспечении широкого приспособительного маневра. Однако все имеет пределы, и весьма часто внешние обстоятельства и неадекватное поведение человека ставят всю его психику в такие условия, когда процесс приспособления не может быть совершен за счет внутренних ресурсов структуры без резкого или явственного ее «перекоса», - различных видов разлада психосоматики, телесных и психических заболеваний.

В любом случае, когда адаптационное напряжение превосходит какой-то уровень приемлемых индивидуальных значений, бодрствующее сознание начинает терять качество коммуникации со внешним миром и «остальной» частью психики - собственным бессознательным.

Информационная агрессия внешней среды, добавляясь к прочим факторам, перенапрягает личность, делая ее невосприимчивой к потенциально воспринимаемой части как внешнего, так и внутреннего информационных пространств. Бессознательная часть психики, «задвинутая» и подавленная, начинает протестовать, требуя учета представленной в ней подлинной необходимости. Но «Я-сознание», необратимо втянутое в гонку за социальными благами, не способно, да и не желает услышать этот далекий внутренний голос.

Итак, с одной стороны перегрузка восприятия возникает «снаружи», личность не справляется с адекватным отражением окружающего путем построения последовательности действий, обладающих необходимым эффектом и скоростью. В результате этого, будучи «перегретым», сознание не в состоянии воспринимать и сигналы опасности, идущие от тела, которое, в свою очередь, «зашивается», обеспечивая бесконечную гонку за иллюзорным благополучием.

Когда внутреннее давление достигает определенного критического уровня, это в свою очередь ведет к быстрому нарастанию погрешности в действиях. В результате человек «заигрывается» полностью. Если его и не ожидает немедленная катастрофа, то наступление внешней несостоятельности и внутреннего разлада становится неизбежным. Это может выразиться в виде различных вегетативных расстройств, диссоциации личности, необратимых поступках, психических нарушения и т. п.

Одной из причин изоляции друг от друга психического базиса и надстройки является то, что сознательное восприятие слишком выборочно, его избирательность определяется степенью актуальности воспринимаемого. То, на чем в процессе восприятия не останавливается внимание, что в данный момент времени является эмоционально нулевым, либо напротив - непереносимо эмоциональным, все это фиксируется бессознательным..

В данном контексте говоря о бессознательном, я имею в виду не абстрактного субъекта, эдакого бесформенного внутрипсихического Голема. Можно воспользоваться аналогией: как тело представляет оболочку, называемую «человек», за которой скрыт чудовищной сложности механизм жизнеобеспечения, так и сознание являет собой только наружную маску, поверхность психики, именуемую личностью. При бодрствующем состоянии и во внешнем мире «парадом» командует маска, заставляя теело и ум совершать какие-то действия. Когда тело и ум устают, перегружаются, они напоминают сознанию о том, что оно не одно в этом теле.

Точно так же и психические «внутренности» делают необходимые «поправки», предъявляя их сознанию в специфическом виде. Если сознание не будет обращать внимания на требования тела, учитывать его резоны, будет плохо. То же самое происходит, когда личность не «слышит» требования «того, кто во мне сидит», кто мог бы сделать поведение личности безошибочным, если бы у него были средства передать сознанию то, чем он располагает в нужный момент времени, а у сознания – возможности услышать обращение изнутри.

В каждый момент времени бодрствующий ум оперирует сравнительно малым количеством воспринятой, осознанной и усвоенной информации, поскольку подавляющая ее часть находится за пределами сознания, в частично доступном слое психики, именуемом памятью.

В целом же «кухня» психических событий скрыта во тьме громадных информационных «подвалов», к подавляющей части которых в обычном своем состоянии личность доступа не имеет. Человек, представленный исключительно «Я-сознанием», считает что твердо осведомлен о своих желаниях и без тени сомнения осуществляет разработанные сценарии их реализации, бросая наличные ресурсы в топку решительных действий.

Две части психики остаются по большей части надежно изолированными друг от друга, они не могут договариваться и сообщаться - не налажена коммуникация. Ничтожная по величине доля психического конгломерата, семнадцать часов в сутки функционирующая в форме бодрствующего сознания, считает себя повелителем мира, хвост вертит собакой.

Для облегчения хода дальнейших рассуждений воспроизведу вкратце схему топологии психического пространства, более подробно представленную в главе «Структура психики»:

Бодрствующее сознание и внимание как его оперативная часть, управляемая волей;

«Слой» оперативной памяти, в которой находится вся воспринятая личностью, осознанная, постоянно «находящаяся в обращении» информация, - она может быть востребована по желанию «Я» в любой момент;

Вытесненное содержание, которое являются для личности сверхактуальным, но несовместимо с установками сознания. Чтобы не разрушить последнее, бессознательное держит этот материал от него закрытым. Тем не менее, массивы этой «убранной в подполье» информации обладают высоким потенциалом напряженности, поскольку содержат в себе все непонятые, незамеченные, непереносимые и нерешенные проблемы. Сама возможность вытеснения в каком-то смысле «спасает» личность, уменьшая «количество» несовместимого материала в сознании до приемлемого уровня.

Вытесненное имеет пределы эмоциональной «емкости», и когда они превзойдены неминуемо «перекашивается» часть психической структуры, прилежащая к личностному, в том числе и само сознание. Острые психические травмы также содержатся в вытесненном как застывшие структурные судороги, деформации, которые накладывают стойкие ограничения на естественную конфигурацию реакций и возможности индивида.

Глубже располагается материал который, имея осознанную природу, тем не менее сознанию не принадлежит. Это полностью забытое, информация, которая не может быть востребована посредством воли, поскольку ушла под порог восприятия, исчерпав необходимый минимальный заряд психической энергии из-за постоянной и длительной невостребованности, - это своеобразное информационное «вырождение».

На этом исчерпывается информационная «толща», организованная по структурным законам сознания и начинается «слой» информации, воспринятой без его участия, внесознательно. Объем этого материала громаден, поскольку мозг фиксирует все, что во время бодрствования (а быть может, частично и во сне) попадает в объем пространства, воспринимаемый органами чувств.

Далее располагается пласт так называемого архетипического, эта часть информационной структуры, идентичная для всего человеческого рода. Там же берут начало корни инстинктов, рефлексов, эмоций, а также каким-то образом запечатлена история развития части человеческого организма, именуемая мозгом.

(Для осознания места йоги приводится несколько видов коммуникации бодрствующего сознания)

Коммуникация «бодрствующее сознание - природа».

Коммуникация «сознание - социум» (обмен информацией между людьми с помощью языка)

Коммуникация «сознание - сознание» (имеется в виду рефлексия, размышление).

Коммуникация «сознание - тело».

Тут мы сталкиваемся с различными видами опыта.

а) Запечатленная в памяти информация об изменениях тела в процессе его роста, нарушение целостности при катастрофах и травмах, а также расстройствах здоровья, связанных с хирургическим вмешательством. Поскольку сохранение тела есть главное условие выживания, фиксация обстоятельств его нарушений в бессознательном является абсолютной, до окончания жизни «впечатываясь» в психосоматику, осознанные травмирующие компоненты события, как правило, подвергаются вытеснению. Они могут оказаться специфическим препятствием для любой глубокой интроспекции.

б) Опыт общения с собственным телом в процессе удовлетворения его естественных потребностей;

в) Специальный телесный опыт - профессиональный спорт, цирк, хореография, исследование организма человека различными способами в рамках медицинской науки, посредством приборов.

г) Случаи патологической коммуникации, - психосоматические расстройства, заболевания нервной системы и психики самого различного происхождения.

д) Хатха-йога.

Остановимся подробнее на этом пункте, поскольку смысл предыдущих понятен каждому.

Известно, что практика йоги есть не что иное, как временное исключение либо существенное торможение присущей человеку двигательной активности на трех уровнях организации:

телесном- «Асана есть неподвижная и удобная поза»;

отдельных функций, например «Пранаяма есть устранение вдоха и выдоха»;

сознания - «Йога - читта вритти ниродхах» («Йога - удержание материи мысли от возмущений»).

Если в асанах еще можно наблюдать несколько все более упрощающихся видов движения самого тела (без перемещения его в пространстве по горизонтальной плоскости), вплоть до полного замирания в позе, то в классической пранаяме оно почти не просматривается. Не существует также описаний разновидностей самадхи, которым могло бы сопутствовать движение тела.

Все стадии самьямы есть последовательность изменений состояния сознания, все более отклоняющаяся от типовой. Искомое торможение в самьяме не является сном, оно не может возникнуть и эволюционировать в нужном направлении до тех пор, пока тело не обездвижено волей самого человека, а сознанию созданы для этого необходимые и достаточные условия. Максимальная вовлеченность во внутреннее требует полного прекращения любой внешней деятельности. Это легенды, что последние стадии самадхи могут сочетаться с движением…

Какие такие ещё самьямы и самадхи? Ничего не знаю, но впасть в транс (мне ближе этот термин НЛП) вполне можно во время движения. Это постоянно происходит, когда, например, идёшь размеренным шагом по хорошо знакомой дороге. И даже когда едешь. Один раз, следуя за общим потоком транспорта, я незаметно отклонился от привычного маршрута, и на ближайшем перекрёстке был просто потрясен: секунд 10 я не мог понять не только на какой я улице, но даже и в каком городе. Где было моё сознание, пока суровая действительность не пробудила его видом перекрёстка в неожиданном ракурсе? В каком оно находилось состоянии?

Для медитативной практики предназначены только такие асаны, в которых человек способен достаточное время сохранять практически полную физиологическую «неподвижность», под которой подразумевается минимизация активности процессов жизнеобеспечения, - то, что в «Сутре» называется «отсутствием тряски в теле.» Если грамотно практиковать асаны, нацеленные на развитие гибкости, в любой позе можно пребывать так долго, пока не возникнет спонтанное состояние достаточно глубокого погружения.

В некоторых видах буддийской медитации, объединенных под общим названием «випассана», допускается сосредоточение на монотонном движении тела, отдельных его участков и т.д. («беговая йога» - это также одна из форм «випассаны»). Тем не менее сосредоточение, достигаемое в процессах этого ранга не может быть предельным, так как по определению физиологический смысл самадхи - тотальное торможение коры мозга, несовместимое с произвольным движением тела.

«Йога-сутра», глава 2, шлока 46: «Асана есть неподвижная и удобная поза». Вачаспати Мишра поясняет: «Человек, практикующий в соответствии с наставлениями эту специфическую позу, должен сделать усилие, суть которого в снятии естественного напряжения». Такое усилие есть не что иное как осуществление эффективной коммуникации сознания с собственным телом посредством его релаксации, а также работы с ощущениями в процессе выполнения асан. Ее целью - привести тело к такому режиму деятельности, который изменяет состояние сознания. в искомом направлении

Конечная цель практики йоги вообще (как она трактовалась и тысячи лет назад) – обеспечение такого состояния сознания, при котором способна возникнуть так называемая обратная коммуникация, когда бессознательное по собственной инициативе выходит на контакт с сознанием, - получив необходимые условия для этого. Хатха-йога при этом обеспечивает:

оздоровление тела, что дает возможность и восприятию стать очищенным от ментальной замутненности (достоверность воспринятого зависит от качества материи, непосредственно участвующей в процессе восприятия);

освобождение каналов восприятия посредством релаксационных асан, когда, уходя от ощущений в теле, мы оставляем эти каналы чистыми и пустыми, что дает возможность уже на этом этапе вначале «сбросить» через кинестезическую разновидность коммуникации определенную часть деструктивной энергии вытесненного, в результате чего бессознательное начинает проявляться в сознании, в том числе и спонтанными вспышками интуиции;

в силовых позах, когда сознание не меняется до такой степени как при работе на растяжку, гибкость и балансирование, относительная его «пустотность» при целенаправленной работе с ощущениями поддерживает интенсивную проработку тела и «стирание» физической составляющей нервных и психических травм. Иными словами на основе коммуникационной работы с ощущениями и путем глубокой проработки тела предельной формой асан постепенно аннулируется доля травматических информационных следов, запечатленная в мышечном корсете

Мысли, возникающие во время практики асан - это паразитная форма коммуникации типа «сознание-сознание», которая для качественной работы в Хатха-йоге не характерна.

Ощущения в теле, их отслеживание и текущее освобождение от них - это необходимый в Хатха-йоге этап контакта «сознание - тело», и если он осуществлен качественно, мы получаем возможность для возникновения следующей разновидности коммуникации, которая называется обратной, - «бессознательное-сознание», - он будет рассмотрен ниже, и является исторически конечной целью всей дисциплины йоги.

Для возникновения обратной коммуникации прежде всего необходимо ментальное безмолвие, отсутствие любого ориентированного состояния, в том числе - рефлексии, сознание должно быть остановлено, лишено объекта и направленности, что является в каком-то смысле отсутствием самого себя. Это и есть ментальный вакуум сознания, полная его релаксация, расфокусировка, обезличивание, которое возможно только в полном покое, пусть даже на короткое время. Асаны, выполняемые в таком ключе, становятся преддверием самьямы.

Чтобы услышать что-либо изнутри, тело и сознание должны замолчать. Тело – устранить движение и ощущение, сознание - внутренний диалог.

Айенгар так поясняет это: «Только после того, как ум освободится от контакта с телом, он будет готов к медитации» («Психологическое обозрение», №1, 1998, с.113). Но любое усилие или ощущение уже есть такой контакт, поэтому массовая йога этой школы никак не готовит своих адептов к работе с сознанием.

Собственно говоря, различные уровни бессознательной психики всегда контактируют с человеком посредством снов, интуиции, галлюцинаций, ощущений в теле (как бы не имеющих причины), проявлениями перцептуальной защиты, выключениями памяти, летаргическим сном и беспричинными событиями. Но мы не понимаем языка бессознательного, не прислушиваемся к нему, находя свои, слишком простые либо заумные объяснения происходящему. Мы толкуем о чудесах, приписывая их кому и чему угодно, ищем и всегда находим внешние причины того, что на самом деле заявляет о себе изнутри, дурацким поведением доводя себя до такого состояния, когда «...Тот, который во мне сидит, опять заставляет в штопор».

Обособленное, замкнутое в мире своих ограниченных представлений и бесконечных желаний сознание – это абсолютное оружие, провоцирующее войну всех против всех, до тех пор, пока не установлена связь со своей основой и не пришло четкое и беспощадное осознание того, что ты – часть целого, и ни при каком раскладе действий нельзя ущемить это целое, не ущемляя при этом самого себя, своих современников и потомков. Понимание и учет этой реальности должны стать важнейшими элементами культуры выживания цивилизации, кроме всем понятной задачи по сохранению культурного наследия, созданного нашими предками за тысячи лет. Культура без такого понимания весьма далека от цивилизованности, которая, прежде всего, характеризуется способностью продуктивной коммуникации, умением договариваться, что ведет к взаимному обогащению и расцвету, а не навязыванию единообразия, обреченного на деградацию и гибель.

Итак, для достижения психической целостности, восприятия материей сознания проявлений духа в самом себе, для постижения единства со всем существующим, а также понимания того, что «Царствие Божие внутри нас есть» мы должны иметь здоровое тело и методы, гарантированно ведущие к очищению и временному освобождению каналов восприятия. Поэтому подлинная работа в йоге может быть успешно начата исключительно и только посредством освоения коммуникации «тело - сознание».

[…]Кроме ничтожного, по сравнению с возрастом рода, личного опыта, тело и мозг каждого человека являются воплощенным типовым итогом миллионов лет развития, продуктом эволюционного «учета» неисчислимого количества типовых воздействий факторов живой и неживой природы. Следовательно бессознательноле, как и тело, содержит в себе биологическую историю развития рода, а сознание – личную летопись развития и жизни данной конкретной личности. Сознание «обеспечивает» или являет собой максимальное отличие людей друг от друга, бессознательное, - с какого-то уровня построения психики, - максимальное сходство. Каждый себьект являет собой единую дилемму: психическому новообразованию – личности, - приходиться «уживаться» с типовой первоосновой. Повидимому интуиция представляет собой прямую связь двух, изначально близких (по родственным особенностям «устройства»), структур бессознательного, «содержащегося под» индивидуальным сознанием. Если личностные «характеристики» определенных объемов бессознательной психики у разных индивидов еще отличаются друг от друга, как их тела – конфигурацией, пропорциями, размерами, и т.д., - то с какого-то уровня организации эти различия исчезают, подобно тому, как любой человек, порезавшись, видит одно и то же вещество тела – кровь.

Поскольку ЦНС изначально формировалась как орган отражения, постоянные и типовые влияния окружающей среды каким-то образом переплетены в самой нейронной матрице, прилежащая к сознанию часть которой воспроизводит каждый день, - на выходе из сна, - уникальную структуру бодрствующей личности подобно тому, как любая эндокринная железа - свойственную ей секрецию. Мозг – прижизненное представительство, живой фрагмент единой материи рода, которая в каждом индивидууме представлена с одной стороны личной историей, и обеспечена в чем-то совершенно новой конструкцией (по сравнению с тем, что было миллионы лет назад), а в какой-то своей части - передана неизменным от самого начала времен компонентом. Именно этот древнейший субстрат специфически организованного нервного вещества, будучи в каждом человеческом субъекте элементом сети слабых биологических взаимодействий, порождает (при контакте с сознанием) из ряда вон выходящие феномены, которые являются основой того, что люди во все времена считали и считают сверхъестественным. Причем проявляет себя этот базовый информационный канал обратной связи только при определенных обстоятельствах и условиях, которые подразделяются на естественные (весь спектр спонтанных, необычайных и действенных эффектов в жизни человека) и искусственные - создаваемые только через практику самьямы в йоге.

Проявления архетипического весьма своеобразны. Если какие-то особые причины или обстоятельства жизни человека активизируют эту часть матрицы, сетевой «чип», она начинает продуцировать символический материал особого свойства, который предъявляется сознанию в снах, галлюцинациях, озарениях, предчувствиях, интуиции, беспричинных событиях. Поскольку потенциальный спектр проявляемых в сознании символов содержит помимо природных образов и личностные (у каждого человека были и есть отец и мать, братья и сестры, каждый имел дело с рождением и смертью), то в последовательностях архетипических видений содержатся сюжеты с образами давно минувшей реальности, исчезнувших с лица земли живых существ и людей в их собирательном облике.

Из подобных образов и представлений, продуцируемых типовой частью структуры бессознательного, почерпнута символика всех религий мира, но они дают ей внешнее, поверхностное, сверхъестественное объяснение. Мы сталкиваемся здесь с удивительным феноменом, когда далекая и уже давно исчезнувшая реальность невообразимых глубин человеческой эволюции, запечатленная в самом устройстве материи мозга, порой воздействует на бодрствующее сознание человека ничуть не с меньшей интенсивностью, нежели реальность мира окружающего и непосредственно воспринимаемого.

Итак, личность или сознание индивида адаптируется к трем аспектам реальности: окружающему миру настоящего времени, весьма ограниченно представленному в сознании, его же гораздо более «полному варианту», запечатленному в «слое» личного бессознательного, а также к истории развития и существования рода, представленной в структуре определенной части мозгового вещества и проявляющейся в целом классе внутренних событий, всегда считающимися непостижимыми (архетипическими). Все религии мира являются более или менее системным истолкованием именно этих явлений, которое приспосабливает человека к загадочным «прорывам» психической активности древнейших мозговых структур, впоследствии эти истолкования получили (в зависимости от культурного базиса) самостоятельное логическое развитие.

Функция органов восприятия – обеспечение текущей коммуникации сознания со внешней средой, имеется также связь Эго и с личной историей (опытом) - память, но не менее важным остается контакт с банком данных рода, который при определенных обстоятельствах бывает жизненно важным.

Когда архетипическое «выходит на прямую связь» с сознанием, мы можем получить вневременную информацию любого свойства, которая всегда будет жизненно важной. Символы и программы спонтанных действий, приходящие из глубин, как правило, не могут быть поняты и осознаны (в силу отсутствия в нашем личном жизненном времени и опыте, объектов или процессов, которые формировали когда-то заготовку человека разумного), но их мощнейшие энергетические и эмоциональные составляющие могут быть утилизированы.

Личная история, частный опыт, формируя каждую отдельную сознательную личность, одновременно «поставляет» в глубины бессознательного все новые порции «отпечатков» типовых воздействий, - так осуществляется влияние текущей человеческой жизни и ее сиюминутного «наполнения» на сам мозг, который вынужден, эволюционируя, непрерывно отражать то, что существует вокруг и все сильнее отличается своим характером от чего-либо, ранее имевшего место в окружающем мире.

Очевидно, определенные события либо стечения (констелляции) обстоятельств, случающиеся в настоящем, как внешние, так и внутренние (разворачивающиеся в нашей телесной структуре), значение которых не улавливается личностью, могут значительно активизировать проявления бессознательного. И тогда архетипические проявления спонтанно «выстреливают» в сознании, например - в потрясающих снах, которые глубоко озадачивают и ошеломляют человека, заставляя его задумываться над происходящим. Когда личное бессознательное не в силах «достучаться» до Эго сквозь его жесткую втянутость исключительно во внешнее, то в экстренных случаях им задействуется энергия прошлых существований, с ее помощью пробивается жесткий модус ориентации только на внешнее. Либо гибнущая структура предупреждает человека о скором прекращении жизни этими «выплесками» из первобытных глубин.

И, наконец, ясно, что определенное состояние сознания (когда в типовом, бодрствующем состоянии систематически прекращается информационный поток извне - йога) активизирует и личное, и архетипическое бессознательное, способствуя их информационному проявлению. Специальные условия для возникновения обратной коммуникации должны быть созданы самим человеком. И здесь возникает такой ее аспект, как мощность обратного контакта.

По большому счету, также как сознание находится не в курсе распределения внешнего информационного потока, - что именно, сколько и «кем» воспринято и куда «разложено», - мы не имеем понятия, до какой степени наше поведение на самом деле является неосознанным, кто и когда на самом деле принимает стратегические решения. Мы не знаем, сталкиваясь с некоторыми событиями и фактами нашей жизни, какие из них появляются извне, какие вызваны бессознательными тенденциями и текущими проблемами психики. Поэтому каждая личность сталкивается с насущнейшей задачей уменьшения неосознанности до оптимального уровня и организации постоянного «сотрудничества» с космосом бессознательного, где ее ожидает немыслимое количество открытий.

Зачем? Являются ли эти открытия [конечной] целью, к которой следует стремиться любым путём?

Будда пришел к собственному просветлению с помощью традиционных йогических методов, но сделал из полученного результата совершенно нестандартные выводы. В процессе буддийской йоги традиционно имеется восемь уровней развертывания сознания, известно, что Будда последовательно прошел их все, но...

Четвертая ступень или уровень сознания в психотехнологии Хинаяны характерен «прекращением переживания блаженства, вслед за которым исчезает и чувство страдания» (Торчинов Е.А.: «Религии мира. Опыт запредельного», с.231).

Если первые четыре уровня - миры форм (т.е. того, что связано с реальностью), то последующие четыре - миры не-форм, таких модификаций сознания, которые не имеют ничего общего с какой-либо реальной действительностью и являются хаотическими порождениями спонтанной деятельности психики.

Известно, что Будда вернулся из этих переживаний обратно и ушел в нирвану с четвертого уровня мира форм. Он полностью отверг виртуальную реальность из-за ее практической бесплодности, хотя, по идее, она обладает более высоким статусом - с точки зрения трудности достижения, а также получения абсолютного результата. Он считал излишним и неверным как поиски такой «чистой» реальности, так и конечный смысл пребывания в ней, который всегда оказывается абсолютным отсутствием всякого позитивного результата, то есть - полной бессмыслицей, переживанием ради переживания.

Будда был прагматиком и не хотел иметь дела ни с чем, кроме полного и обратимого успокоения которое позволяло эффективно действовать, оставаясь в Сансаре - мире живых.

Мы должны уметь (учитывая абсолютную необходимость этого) создавать среди лихорадочного потока событий повседневности периоды глубокого спокойствия и уравновешения, но они не могут стать доминирующим способом существования, потому что из мира такого счастья где все равно безразлично, на самом деле нет и выхода. А если постоянно пребывать только в состоянии различения, не зная истинного покоя, то останется лишь то, о чем говорил поэт: «У зари над Нью-Йорком ступени безвыходных лестниц, где в пыли она ищет печальный рисунок фиалки…».

Еще в XVI веке Хун Цычен писал: «Когда мысли разбросаны, надо знать, как собрать их воедино. Когда мысли сошлись в одной точке, надо знать, как их рассеять. Если не уметь этого, то, даже если одолеть помраченность, в сердце поселится беспокойство».

Коммуникация «религиозная вера - сознание».

[…]Человеку свойственно непреодолимое стремление к систематизации, он способен существовать только в упорядоченном мире, поэтому древние толкователи архетипического, сами подвергшись процессу его проявления, с помощью сподвижников сочиняли различные легенды, приписывая проявлениям объективных процессов психики собственный смысл. Многочисленные манифестации бессознательного были дополнены воображением и фантазией, и превратились в разнообразные системы человеческих представлений о высшем и потустороннем. Но эта, необходимая и доступная понимаю человеческой массы, красивая сказка ни при каких условиях не может быть логически обоснована и требует веры, которая заменяет реальную коммуникацию с собственной психикой, и рождает во время сна разума как чудовищ, так и прелесть, подтверждающую догмат веры.

Сознание, при определенных условиях, способно смоделировать и пережить любую вообразимую реальность, а также в ней «застрять», что демонстрирует, например, даже без всякой йоги истерия, некоторые разновидности маниакально-депрессивных психозов и психосоматических расстройств. Сама вера - это всего лишь состояние, которое, однажды возникнув, само себя поддерживает, а различные мировые религии есть варианты истолкований мощнейшего воздействия различных «слоев» бессознательной психики на человеческое сознание, обусловленные историческим разнообразием культур

Известно, что сохраняя позитивные представления о себе любой ценой, человеку свойственно в то же время автоматически и неосознанно проецировать на окружающее отрицательные содержания вытесненного материала психики. Поэтому со злом, таящимся внутри самого себя, личность сталкивается снаружи, приписывая его происхождение как внешнему миру, так и его обитателям, либо сверхъестественным существам. Пустынники и аскеты во время своего подвижничества постоянно сталкивались с дьявольским наваждением - собственными отрицательными проекциями, активность проявления которых стимулировалась предельной перегрузкой психосоматики, накалом веры и запрограммированным ожиданием неминуемых козней нечистого, которые не могли не проявиться в виде «оживления» упомянутых проекций. Собственно это и было причиной изначального разделения проявленной сверхъестественной сущности в Христианстве на Бога и дьявола, ему противостоящего.

Мы рассмотрели семь основных разновидностей коммуникации бодрствующего сознания человека с внешним и внутренним:

I. Сознание – мир природы

II. Сознание – социум внешняя коммуникация (прямая)

III. Сознание – сознание

IV. Сознание – тело промежуточная от внешней к внутренней (прямая)

V. Память, вытесненное и забытое – сознание коммуникация внутренняя (обратная)

VI. Архетипическое - сознание с Абсолютом (обратная)

VII. Сознание – идеальное коммуникация виртуальная (сознание – сознание)

Говорится: что человек может, то он и есть. Пусть каждый выберет собственную дорогу к самопознанию, и неважно, будет ли это йога или что-нибудь другое. По поводу же религиозной веры Карл Густав Юнг говорил: «Что толку проповедовать свет, если никто не способен его увидеть».

На пороге третьего тысячелетия настало время использовать йогу по ее основному назначению - как способ коммуникации человека со своей собственной душой и душой мира, лишь это способно спасти цивилизацию.

Начинающему лучше просто принять эту главу к сведению и забыть. Ни в коем случае не следует форсировать коммуникацию «бессознательное – сознание» («архетипическое – сознание»). Сам В.Бойко неоднократно подчёркивает невозможность работы с сознанием без тщательной (предварительной) проработки «телесного» аспекта. Но предполагается, что работа с сознанием всё-таки должна когда-то наступить (без этого йога - не йога).

Вопрос в том, что это за работа? На какие вопросы сознания должно давать ответы бессознательное? Автор не называет прямо эти вопросы, говорит лишь о ситуации «заигранности» тела-сознания, ситуации тупика, из которого должна помочь выйти йога. Рискну высказать смелую гипотезу: в любой ситуации (в тупике, при выходе из тупика, при подъёме на высочайшие вершины [духовного] совершенства) вопросы всё-таки всегда должны быть одни и те же (хм... "вопросы будут, видимо, о спальне?"): «как мне увеличить гибкость тела?», «как избежать ненужного напряжения в такой-то асане в левом бедре?», «как построить режим дня для регулярной практики асан?» и т.д., т.е. всегда о теле, и никогда о том, как заработать побольше денег и как улучшить отношения с противоположным полом.

Я, конечно, говорю «вопросы» в значении «проблемы», над которыми должно трудиться сознание значительную часть времени своей активности. В том числе и во время практики асан. В пожелании «пустотности» сознания во время практики заключено некоторое лукавство: «ни о чём не думать» специально не подготовленному человеку можно лишь очень краткое время – секунды, а практика асан занимает часы, и во время неё думать надо именно о том, что делаешь (благо для начинающего проблем с телом, которые надо решать, предостаточно).

Ответы же на другие вопросы (социального статуса), скорее всего, не будут получены [благодаря практике йоги] никогда. Во всяком случае, к этому надо быть готовым (и запастись терпением на длительное время). Скорее, можно ожидать, что вопросы (вместе с самим человеком) изменятся. Вспомните, как всё начиналось. Как в первом классе вам говорили: «Мы будем учиться читать и считать. Мы будем заниматься тем-то и тем-то. Мы будем ходить на экскурсии». Но тот, кому это говорили, так и не научился ни читать, ни считать. Тот же, кто научился, - уже совсем другой человек, с другими стремлениями и желаниями; он даже не может вспомнить себя, каким он был до начала учения, чего хотел, как жил; он не может ощутить, чему именно он научился, потому что ему просто не с чем сравнивать…